Феномен «Спутника и Погрома» примечателен тремя вещами: качественными лонгридами, прекрасным дизайном и сектантской атмосферой, которой сложилась вокруг журнала и редакции. На благодатной почве журнала вырос совершенно новый сорт национализма — премиальный.

Получилось все естественным образом. Симпатичные и бесперспективные как танк Maus скинхеды, унылые национал-социалисты, фотографирующиеся на фоне ковра и свастики, родноверы, пытающиеся заменить христианскую культуру шарлатанским бредом и, естественно, настоящие долбоебы в шкурах — вся эта публика безнадежно устарела с появлением «Спутника и Погрома». Журнал элегантно дезинтегрировал конкурентов на националистическом поле и породил свою собственную субкультуру «премиальных русских». С собственным жаргоном, мемами и отчаянием от того, что вы никогда не поймете загадочных шуток про фурей и маргиналов.

Почему, кстати, «премиальные русские»? Главный редактор «Спутника и Погрома» Егор Просвирнин любит повторять «хочешь быть русским – плати» (Егору Просвирнину). Иначе говоря — покупай подписку. Смелый ультиматум, а потому цепляющий. Так вот, премиальный — это тот, кто платит.

Признаюсь, «Спутник и Погром» по настоящее время остается единственным периодическим изданием, за которое я платил (газета «Невероятное. Легендарное. Очевидное», покупаемая мною в 1999 году, не в счет). Было за что платить. Например, за возможность ссылаться на редкие исследования и переводы, опубликованные в журнале. Ну или просто за возможность показывать далеким от национализма людям шикарный дизайн, опровергающий всю карлу-марлу одной лишь эстетикой.

Среди подписчиков встречались самые разные люди – от предпринимателей из США до затюканных бюджетников и заводского пролетариата. После тяжелого наследия девяностых с нездоровыми дядьками в портупеях и идиотскими лозунгами гламурный национализм сделал сенсацию и собрал вокруг себя костяк верных (и премиальных, конечно) читателей, а также завистников и подражателей. А подражатели – это безусловное мерило успеха (слово «успех» произносить с кавказским акцентом).

Затем настал 2017 год. Выяснилось, что журнал существовал по чистой случайности — пока он не мешал РФ. Потом РФ заворочалась, забрюзжала и покончила с изданием-выскочкой. В конце концов, не для того мы восстанавливали Грозный, чтобы русский фашизм поднял голову. «Спутник и Погром» быстро зачах и исчез, по пути растеряв уникальный пул авторов. Причем далеко не всегда по финансовым причинам — достаточно вспомнить безобразную, как Twitter Соловьева, склоку между Егором Просвирниным и Кириллом Каминцом. Люди, пафосно рассуждавшие по ледяную русскую ярость и подвиги белогвардейцев, практически дошли до универсального аргумента ad mamku ebal.

И все же Просвирнин не бросил своего призвания. Было ради чего продолжать деятельность. Ведь читатели никуда не пропали. Читатели, готовые и дальше платить за национализм. Но по ряду причин возрождение журнала не состоялось. Так появились два параллельных проекта – стримы и russian.sexy (ностальгический ресурс для тех, кто не застал форумы нулевых, но хочет поковыряться). Об этом было торжественно объявлено последней новостью на сайте журнала. Дескать, две сверхдержавы (как это ни странно РФ и как это ни комично США) все же смогли уничтожить издание. Но идеи живы, а реализованы будут по-новому.

Увы, но прочтя драматичный пост на сайте «Спутника и Погрома», посвященный закрытию журнала, я без колебаний выбыл из рядов «премиальных русских», решив, что как-нибудь сам справляюсь. Планы по развитию интеллектуального национализма были так грандиозны и пафосны, что о реализации и думать не стоило. Собственно, именно после закрытия журнала выжившие «премиальные русские» образовали субкультуру, когда, казалось бы, никаких субкультур быть не должно. Русский национализм стал продуктом не просто внутреннего пользования, но продуктом весьма специфичным. Типа чувашского деревянного зодчества, о котором вы узнали, скорее всего, только что.

Интеллектуальный национализм забил фонтаном стримов, а «премиальные русские» сменили подписку на донаты. Роскошная умная публицистика для русских и всех тех, кому хочется подсмотреть в щелку душевой на красивую девушку, вдруг решила переквалифицироваться в хихикающие посиделки для аутичных друзей. Любители лонгридов, те, кто застал журнал с самого основания, были объявлены скучными бумерами. Главным ресурсом национализма стали донаты, на которые дорогая редакция обзавелась камплюктером – для стримов, разумеется. Стримы были избраны новым оружием национализма.

Вообще, в стримах как таковых нет ничего плохого. Стримы делают все, кому не лень, и даже на тему о роликовом торможении в полусвободных затворах наберется человек 100 зрителей. Однако фанаты полусвободных затворов не имеют грандиозных планов по переустройству России в следующие выходные. Все-таки журнал для таких целей подходил куда лучше. Попробуйте найдите дельную мысль в трех с лишним часах бубнежа и смеха вперемешку с матом – вы потеряете еще три часа. Попробуйте пересказать стрим – у вас не хватит слюны изобразить все эмоции. Пропустите стрим – и вы почувствуете, что опоздали на поезд.

Каждый выпуск рождает серию шуток, понятных только «премиальным русским». Не русским, не националистам, не русским националистам, а именно «премиальным» — тем, кому хватает терпения досматривать (дослушивать, если вы бережете хотя бы часть органов восприятия) стримы. Не знаете, что такое «тейк», «хайлайт», не понимаете шуток про Сингапур и Тессу? Очень жаль, РНГ построят без вас. Еще три стрима и точно построят. Не кидаете донаты? Тем хуже для вас, тем меньше вовлеченность в узкий круг ценителей. Пишите конституцию РНГ? Вам на стримы к Громпо. Уже расчертили в атласе по географии за девятый класс будущие границы Российской империи? Милости прошу. И не забывайте платить, вы же русские.

Просвирнин сумел сделать то, что удается далеко не всем публицистам — выдрессировать собственную публику и кормить ее с рук. Поэтому, если вам не надоело в сотый раз слушать смехуечки про путинский режим или, затаив дыхание, внимать про ледяную ярость, то, скорее всего, вы частый зритель стримов. Стримы рентабельнее издания журнала, а потому они куда лучше годятся для монетизации интеллектуального национализма. Эффективность как средства пропаганды не играет никакой реальной роли. Продавать журнал сложнее, чем видеоконтент, а интеллектуальный национализм здесь — не более чем нашивка «Rebook» на поддельных кроссовках для завлечения покупателей.

Я отказался от идеи платить за «Эхо Мацы» для русских националистов в любых проявлениях. Мне нравилось платить за издание, разрушающее образ русского национализма из перестроечных статей про Общество «Память». Платить за чувашское деревянное зодчество мне показалось расточительностью. Сборник статей для русских управленцев на Марсе, донаты ради возможности написать в чат какую-нибудь хохму или просто распетушить хвост от мысли, что мои 100 рублей — это еще один гвоздик в гроб ненавистного путинизма – все это напоминает пивной треп вперемешку с отрыжкой у чебуречной, открытой на месте ресторана.

Местечковость «премиальных русских», замкнутых на своем зодчестве, особенно усиливает болезненное стремление определить русскость. Поразительно, что вообще споры об этом идут до сих пор. Возникает ощущение, что читаешь письма читателей в журнал «Огонек» за 1989 год. Только если в 1989 году русскость измеряли в долях (на ¼ — казах, на 2/4 – латыш, на ¼ — половец), то в 2019 году русскость определяется самими господами премиальными. Неприятные русские без колебаний записываются в совки с надеждой на то, что в РНГ совками можно будет обкладывать реактор АЭС. Приятные (те, что платят) русские окуриваются фимиамами. Представьте себе ассамблею ашкенази, бурно обсуждающих, можно ли Мотю по-прежнему считать евреем после его женитьбы на гойше при условии, что Мотя щедро оплатил прошлогоднюю Хануку? Вот это то же самое.

Не так давно, например, «премиальные русские» как раз обсуждали, можно ли считать русскими ветеранов Афганистана. Если бы существовал какой-нибудь НКВД РНГ, то отдел доносов, наверное, пришлось бы размещать на футбольном стадионе. И все это великолепие на деньги самих «премиальных русских», оплачивающих не просто посредственное шоу, но шоу, медленно растирающее сопли о репутацию русского национализма.

Стримы не помогут русскому национализму или вообще русским. А «премиальные русские», увы, не способны ни на что, кроме строительства Швамбрании. Показательно, что устойчивые сообщества образовались вообще против воли редактора «Спутника и Погрома» (наше интервью здесь). Можно хоть 100 стримов посвятить проблеме ассимиляции Северного Кавказа, но перед просмотром 101-го выпуска вас собьет «гелик» с номером 95. Можно задонатить 400 рублей, но застройкой города Орла занимаются чеченцы из грозненского тейпа. Можно с пеной у рта требовать смерти совков, но дома в Майами у них, а не у «премиальных русских».

Может быть, когда виртуальная реальность станет доминировать над реальностью объективной, мемы во второй раз покорят Кавказ, а набеги премиальных двачеров вынудят уйти президента в отставку. Но сегодня это не так.