Начнем с того, что я не Ницше. И я не знаю наверняка, что будет, если долго всматриваться в бездну. Но одно я знаю точно: если долго всматриваться в лицо российского кинокритика, то можно увидеть вываливающиеся из глазниц залупы. Горячий поклонник грузинских террористов и кинокритик Антон Долин (глазницы Долина — https://daily.afisha.ru/cinema/4518-zalozhniki-na-ber.., реальная история — https://ru.wikipedia.org/wiki/Попытка_угона_Ту-134_в_..) написал просто катастрофическую рецензию на новый фильм Гаспара Ноэ «Экстаз» (https://meduza.io/feature/2018/10/10/ekstaz-gaspara-n..). Даже заголовок получился идеально комсомольский: «Экстаз» Гаспара Ноэ: агитка о вреде наркотиков, замаскированная под экспериментальный арт-фильм». Рецензия вышла достаточно давно, и я бы даже не обратил внимание, если бы множество моих знакомых до сих пор бы не передавали долинскую хуйню из уст в уста вместо сладких поцелуев. Попробуем все-таки разобраться, о чем фильм и для чего нужны в нем наркотики.

Но сперва кто такой Гаспар Ноэ? Гаспар Ноэ – это в первую очередь радикальный экзистенциалист, с четкой системой культурных ценностей, самым узнаваемым стилем и почти всегда спорным вкусом. Причем речь идет не о пресном буржуазном экзистенциализме условного Альбера Камю, а о смердящем, пропитанном кровью, потом и мочой экзистенциализме Жана Жене. Фильмы Ноэ, как и книги Жене, способны вызывать у потребителя самую разнообразную палитру чувств: от гигиенического омерзения до вполне конкретной физиологической боли. Настоящее искусство должно уметь вас ранить. И Ноэ это действительно умеет как никто другой.

Каждый фильм Ноэ представляет собой определенное экзистенциальное путешествие в тело вполне конкретной темы. В «Необратимости» (да, это там, где Монику Белуччи 12 минут насилуют в переходе) мы исследовали человеческое бытие, во «Входе в пустоту» — человеческую душу, в «Любви 3D» собственно — любовь. В «Экстазе» же речь идет о человеческом страхе, его природе, привкусах и оттенках, а также о той тонкой, почти прозрачной черте, что отделяет страх человеческий от страха животного. «Экстаз» — точно не самый лучший фильм Ноэ, но вместе с тем самый выпуклый и предметный.

Группа молодых французских танцоров всевозможных цветов и гендеров отправляется в полузаброшенную школу, где неистово репетирует, а затем устраивает ураганную вечеринку перед гастролями в США. Как и почти всегда у Ноэ, время течет нелинейно, сначала нам экспонируют кровоточащую девушку в снегу и финальные титры, а затем 15-минутный ролик с интервью главных героев. Здесь Ноэ изменяет и так ему малознакомое чувство меры, режиссер насильно втаскивает в кадр корешки книг и фильмов, тем самым пытаясь задать культурный контекст происходящему. Это выглядит примерно как демонстрация упругой жопы инстаграм-блогершей. Красиво, но слишком нескромно.

Затем нам показывают прекрасно поставленный танец главных героев под винтажное техно, нарочито выглядящий как вольная и слегка неряшливая импровизация. Один глубокий кадр, без монтажных склеек, густой как венозная кровь. Крутейшая работа бельгийского оператора Бенуа Деби с самого начала создает фильму необходимый эмоциональный фон. Как и монструозный французский флаг над сценой, намекающий нам на то, что свобода, равенство и братство, возможно, нам не очень-то и нужны. Скорее наоборот. Дальнейшие события фильма лишь подтверждают эту парадоксальную мысль. «Это французский фильм и горд быть таковым», — сообщает с нескрываемой иронией создатель в начальных титрах посреди хронометража. Понятно, мы готовы, ебашь.

Однако режиссер включает режим аритмии повествования. Герои фильма смирно попивают сангрию, обсуждают прошедшие и предстоящие поебушки, лесбиянки вяло переругиваются, негры спорят об этике вылизывания анусов, хореограф укладывает своего ребенка спать. Но неторопливой молодежной идиллии не суждено долго продолжаться. В сангрию кто-то из участников тусы подмешивает кислоту. И наконец-то начинается эталонный Гаспар Ноэ. Вполне обычные молодые люди по щелчку превращаются в самых обыкновенных животных, все потаенные страхи и желания выползают наружу, а до утра еще очень и очень далеко.

Пожалуй, специально для тех, кто в танке, нужно остановиться. В каноничных фильмах-агитках о вреде наркотиков наподобие «Реквиема по мечте» герои вместо светлого обывательского будущего выбирают наркотики, и за это им любовно отрезают гниющие ручки да ножки. В «Экстазе» герои никакие наркотики не выбирают, это нелепый случай, чья-то злая шутка, запустившая механизм самоликвидации. Наркотики в «Экстазе» представляют собой не более чем художественный прием. Скорее даже не художественный, а технический. Кислота в фильме – это не более чем двигатель истории, не самый изящный, зато надежный и крайне эффективный. Двигатель истории о страхах и животной природе человека.

Границы дозволенного падают, и начинается праздник абсолютно гегельянской свободы. Кого-то выкидывают на мороз, мама запирает своего сына и теряет ключи, беременную заставляют резать себя, а брат решает, что неплохо бы выебать свою сестру. Свобода, равенство, братство в самом чистом, незамутненном виде. И мощнейшие кадры от первого лица под монотонное техно, назойливо заставляющие зрителя проецировать происходящее на себя. Кто мы? Чего мы хотим? Чего боимся? Разве жизнь не коллективная невозможность, а смерть не невероятный опыт? Какая разница, ведь на утро обязательно придут взрослые с собаками и нас разбудят.
#подледноекино #гаспарноэ #экстаз #долин