Иронично, что музыкальные субкультуры растворились практически полностью, не считая островков стойкого идиотизма и тематических фестивалей. Зато выжженное русское поле неудачных экспериментов зацвело субкультурами политическими. Либертарианцы, националисты, коммунисты… Добавьте к ним еще и феминисток, считающих хуй орудием угнетения, – и у вас получится настоящая кунсткамера неформальной политической жизни в РФ.

И знаете – ничего такого дурного в кунсткамере нет.

Тем более, что вся политическая движуха в России сконцентрирована на двух полюсах – видимом и невидимом.

На невидимом полюсе одна башня Кремля ебет вторую, Путин борется с Медведевым в Черном Вигваме, а тысячи экспертов по прогнозированию на курином помете каждый день раскрывают заговоры.

На другом полюсе беззубые, безобидные и скучающие ребята выбирают себе по вкусу веселые тусовки и растворяются в этом карнавальном политическом эскапизме, который, безусловно, куда увлекательней, чем заряжание воды от президента или непроницаемые будки советских чиновников.

Что характерно, субкультурные политические тусовки клубами назвать нельзя. Это вам не якобинцы. Клубная культура в РФ так и не сложилась, а уровень нетерпимости к чужакам и непогрешимость Великого Учения подбираются к сектантскому уровню, причем у всех, вне зависимости от политических пристрастий.

Про интеллектуальных националистов я уже писал. Там всё тоже очень круто – от разработки конституции ведущими правоведами из группы продленного дня до предложений восстановить сословное деление.

Но сегодня в разделочной – не простая коровья туша, а редкие в наших краях либертарианцы.

Вообще вся эта тусовка из анархо-капиталистов, либертарианцев и минархистов не такая уж новая. На американщине либертарианцы активно тусили еще полвека назад, корни же уходят аж во вторую половину XIX века.

 

А широко известный в узких кругах Мюррей Ротбард, крестный отец современного либертарианства, умер еще в 1995 году, когда большая часть современных либертарианцев была пузожителями или тугосерями.

По этой причине типичный либертарианец – существо юное. И, очевидно, существо явно неглупое, но явно недостаточно опытное, чтобы хоть сколько-нибудь критично воспринимать либертарианство. Пускай это мало помогает самой идее либертарианства — для тусовки и возраст, и некритичное восприятие вполне подходят.

Увлекающиеся студенты какого-нибудь экономического факультета из больших городов – яркие представители либертарианства. Их не смущает, что либертарианское общество сродни обществу коммунистическому и существует только в сказочных прожектах, сразу за шкафом в Нарнию. Их не смущает, что многие тезисы тусовочки один в один походят на тезисы современных левых («у вас просто рынка/социализма нормального не было!»). Зато они лучше предпринимателей (которые, к удивлению многих, часто весьма консервативны) знают рынок и принципы его функционирования.

Для России, где вплоть до 1990 года можно было отъехать за неканоничное толкование Маркса, это всё в новинку и до недавнего времени – не к месту. Ведь в период с 1989 по (условно, конечно) 2011 год свободы было много, и экономической, и отчасти — политической. В расхристанные девяностые свободы было даже больше, чем может потребить среднестатистический россиянин, не обосравшись в турецкие джинсы.

 

Естественно, что при таком раскладе либертарианцы выглядели неуместно, как вентилятор в ураган. Многим до сих пор, после неласковых объятий «девяностых», хочется ощутить заботливую ладонь вождя ниже поясницы. Так что либертарианцы долгое время просто не вписывались в политический контекст.

Зато теперь, когда наш кормчий подвел нас вновь к сладостному всегосударству, либертарианство становится популярнее. Особенно среди поколения, родившегося и выросшего при правлении товарища Путина.

Увы, из-за радикализма и замкнутости, идеи эти обречены оставаться фантазиями – даже несмотря на то, что либертарианство развивается и пытается ответить на вопросы, нерешенные тем же батей Ротбардом. Западные и российские интеллектуалы, увлеченные либертарианством, по-прежнему играют в нарды, мало обращая внимания на армян мир вокруг.

Впрочем, чем абсурден NAP и действительно ли МРОТ так пагубно влияет на экономику, большую часть российских либертарианцев не интересует. Интернет позволяет формировать абсолютно герметичную среду общения, где идеи радикализируются до полпотовского градуса, а любая дискуссия является покушением даже не на идею, а на личность её носителя.

Поэтому в популярном паблике «Freedom Pride» не расскажут ни о практических проблемах либертарианства, ни о спорных моментах самой концепции. Скорее даже наоборот – заподозрят в этатизме. Учение Маркса Ротбарда всесильно, потому что оно верно.

В идеале носителям идей либертарианства нужно читать, причем читать что-то вроде «лонгридов» (унизительное название обычных текстов, выходящих за временные рамки чашки кофе), читать того же Ротбарда, Хомски, Мизеса, или прости господи, Хайека. А для полноты картины – далеко не только этих господ. И далеко не только либертарианских воззрений. Иначе получается то, что получается.

 

Благодаря ВК, где концентрируется большая часть либертарианцев, само движение очевидно и органично деградировало до уровня воробьиной стаи. Кромешной, пронзительной стаи, отчаянно чирикающей одни и те же вещи. Попробуйте предложить обсудить экономические исследования или оспорить основополагающий постулат. В лучшем случае вам через губу предложат почитать отцов (которых не читало подавляющее большинство тусовки), в худшем – местный ареопаг навесит на вас ярлык. Тут сказывается и сектантство, и средний возраст рядового либертарианца.

И, конечно же, уровень дискуссии в Восточной Европе.

Такая местечковая закрытость, вкупе с непогрешимостью Великого Учения – типичные симптомы политической субкультуры. Прибавьте к этому локальные мемы и мифологию – и вы получите замкнутую систему, где кишечные газы только способствуют созданию уютной атмосферы.

Вы понимаете, в чем смысл прикола «дороги не нужны»? Что это такая за херня – Л-Ю-С-Т-Р-А-Ц-И-И? Или почему КЮ (сами смотрите, что это, я вам тут не друг) – интересная, но, очевидно, нереалистичная концепция? Почему Гоббс, считавший людей волками, не прав, а либертарианцы, исходящие из благоразумности человека, правы? Почему «налоги – это воровство»? Почему анархо-капиталисты не любят минархистов?

Видимо, либертарианцы подозревают, что их тусовка – душноватая, и предпринимают попытки как-то рассказать о себе. И если вы не знаете, что это за чёрт такой – Мизес, то наверняка слышали про Михаила Светова.

 

Его нельзя назвать единственным и демократически избранным лидером тусовки (есть еще Пожарский, бывший брачо Светова), но он единственный, кто вылез из квакающего болота. Иронично, что как и любой другой представитель политической тусовки, Михаил Светов успел себя дискредитировать дикой историей, как будто необычные политические воззрения раздают на пару с пятном на репутации.

Так вот, про Михаила Светова. Несмотря на древний идиотский скандал с несовершеннолетней, он остается единственным более-менее известным публичным лицом либертарианства. Причем лицом медийным, чего так не хватает интеллектуальным националистам или левым. Без картавости, деревянного взгляда в тысячу килосталинов или пены у рта.

Светов не только популяризует идеи либертарианства, но и старается вытащить на свет божий политических уродцев из кунсткамеры и просто интересных людей. Вспомните хотя бы дебаты между Ватоадмином и Сёминым, Просвирниным и Рудым, Соловьём и Шульман. На федеральных каналах такого не покажут.

Успех Светова значителен на фоне представляемой им тусовочки. Однако любые другие попытки как-то рассказать о себе эффекта не имеют.

Подавляющее большинство людей о либертарианстве или не знает ничего, или знает что-то на уровне «люстраций», невыносимо богомерзкой и запрещенной всеми, кроме одной религии, ебли с детьми и дебильных шуток про «рыночек порешал». В чём, кстати, по большей части повинны сами юные адепты.

Виртуальные либертарианцы indeed виртуальны.

И даже если бы дорогим россиянам по всем каналам под «Лебединое озеро» включили аудиокнигу «Атлант расправил плечи», это не сильно помогло. Будем честны: чтобы получить какую-то поддержку в России, нужно быть большим Путиным, чем сам Путин. Поэтому пусть Хайек прав на все 146%, но здесь ему не видать даже должности начальника ГБУ «Жилищник».

И всё же, у либертарианцев есть неоспоримое идеологические преимущество – их единственный враг – это гоббсовский Левиафан на новый лад, и строить очередные гулаги они не предлагают. Да, у либертарианцев нет политических перспектив – настолько они радикальны и изолированы от реальности. После залитого кровью ХХ века — это даже плюс для идей, призванных обустроить жизнь всех и вся. Пусть либертарианские тусовки существуют ради либертарианских тусовок – всё лучше, чем бухать около моего подъезда и там же мочиться (мочитесь у соседнего).

Зато, несмотря на радикальность и закрытость, у либертарианской тусовки есть задел для роста. Как, кстати, и у левой: и первые, и вторые заметно крепнут на фоне всегосударственного управления всем на свете, утомляющего своим стабильным несовершенством. Не имея возможностей для легальной политической жизни, неравнодушные и беспокойные граждане с разбегу прыгают на хобби и скачут до самого горизонта.

Когда-нибудь я, содрогаясь, доберусь и до российских левых, ну а пока запишу либертарианцев в своем гримуаре в категории безвредных чертят.