В прокат вышел один из самых оригинальных и неоднозначных русских фильмов года — «Мысленный волк» Валерии Гай Германики. Название фильма одновременно отсылает к Иоанну Златоусту и клипу «Смысловых Галлюцинаций», что уже не может не доставлять. Автором сценария «Мысленного Волка» стал Юрий Арабов, известный монументальными коллаборациями с Сокуровым («Молох», «Фауст»), а также глубокомысленными несмешными комедиями («Орлеан») и теософскими притчами («Монах и Бес»). Чем известна сама Гай Германика, вряд ли стоит объяснять. После выхода декадентской мелодрамы «Да и да» в 2014 году режиссер ненадолго выпала из актуального культурного дискурса. За это время с Германикой произошел ряд причудливых метаморфоз, на которые стоит обратить внимание.

Сначала Гай Германика всерьез угорела по православию. Да так, что стала ведущей программы с постироничным названием «Вера в большом городе» на всеми любимом «Спасе». В своей передаче Валерия в непередаваемом стиле поясняла за духовность и чудеса. Параллельно Гай Германика снимала для ТНТ рэп-сериал «Бонус», который предсказуемо закончился тихим провалом. Попробовав себя в разных ипостасях, она все-таки вернулась к старому доброму полному метру. «Мысленный волк» стал ее третьим фильмом. Фильмом многослойным, неожиданным и слабо рифмующимся с предыдущими двумя. Без бухих школьниц, сексуальных девиаций, трясущейся камеры и прочей новой драмы.

В молитве Иоанна Златоуста («от мысленного волка звероуловлен буду») речь идет о внутренних страхах и сомнениях человека, материализующихся в реальность при отсутствии истинной веры. Похожий образ конструируется в фильме Гай Германики и без того щедром на библейские символы и аллюзии. Неслучайно многие критики оказались пойманы в стилистическую ловушку, обозвав кино «православным хоррором». Тем не менее, околохристианская мистика служит в фильме лишь образным выражением классического конфликта дочки-матери.

К живущей на хуторе и слоняющейся по колхозным рейвам тетушке приезжает ее дочь с маленьким сыном. Девушка преследует мелкобуржуазные цели и хочет развести лихую мать на продажу дома. Постепенно конфликт между женщинами набирает обороты, достигая апогея с появлением гигантского полумифического волка, заставляющего героинь заключить пакт Молотова-Риббентропа перед лицом неизъяснимого ужаса. Обсуждение «а есть ли волк» скоро переходит в «а есть ли бог», а поколенческий конфликт плавно обрастает философскими смыслами.

Вообще стоит отметить, что фильм представляет собой такой великорусский женский мир в характерном авторском изложении. Мужчины-функции в «Мысленном волке» в основном наделены самыми несложными добродетелями (защита, охота, секс). Некоторые критики немедленно заподозрили Гай Германику в феминистской тенденциозности, что, конечно же, смешно. «Все умрут, а я останусь» раскрывал жестокий мир школьниц, «Краткий курс счастливой жизни» — половозрелых офисных хабалок. Таким образом, «Мысленный волк» — лишь последовательное завершение триптиха. Пьяные девочки состарились, а их проблемы обрели по-настоящему эсхатологический размах.

С независимым кино у нас принято возиться, как с безногим ребенком, который никогда не побежит без костылей конъюнктуры. Потому так бодро стартовавшая в России новая драма буквально за десятилетие превратилась в германовскую возню в извечной грязи скотного двора. Правда, условные Звягинцевы-Балаговы научились вписываться в западный фестивальный формат, поставив производство «русской экзотики» на поток. К счастью, Гай Германика не пошла этим путем, продолжая снимать дикое, ни на что не похожее кино. Этим она и хороша.